А за дверями кабинета... оказывается, так тихо. Здесь нет песка под ногами — только твёрдый, надёжный пол и мягкий ковёр, в котором можно утопить ноги. Туман остался за большим окном. Здесь тепло от света, который льётся неярко, обнимая стены и два мягких кресла, которые ждут нашей беседы.
Это место, где можно отдышаться. Где не страшно сказать вслух о своих мыслях. Где чувства могут быть просто тем, что они есть — хрупкими, важными, частью вашей истории.
Войдите, присядьте. Давайте поговорим...
А бывает, что место само находит нас. Стоит только открыть ноутбук в укромном уголке своего дома. Неважно, в каком городе Вы находитесь — как только мы подключаемся к видеосвязи, возникает контакт. И вместе с ним — наше общее, защищённое пространство для диалога.
Онлайн-встреча — это способ создать такое пространство. Для него нужны только уединение и готовность встретиться. Всё остальное появится в процессе.
Это место, где можно отдышаться. Где не страшно сказать вслух о своих мыслях. Где чувства могут быть просто тем, что они есть — хрупкими, важными, частью вашей истории.
Войдите, присядьте. Давайте поговорим...
А бывает, что место само находит нас. Стоит только открыть ноутбук в укромном уголке своего дома. Неважно, в каком городе Вы находитесь — как только мы подключаемся к видеосвязи, возникает контакт. И вместе с ним — наше общее, защищённое пространство для диалога.
Онлайн-встреча — это способ создать такое пространство. Для него нужны только уединение и готовность встретиться. Всё остальное появится в процессе.
терапевтические встречи
С ЧЕМ ОБЫЧНО КО МНЕ ПРИХОДЯТ
Боль из прошлого
Невозможно забыть и смириться с тем, что произошло когда-то... Может быть, ещё в детстве, а может, не так давно.
Тяжело быть рядом
Когда в отношениях (с партнёром, родителями, детьми, другом) больше обиды, тревоги или чувства ловушки, чем поддержки и лёгкости.
Тревога о будущем
Изматывающие мысли о том, что может произойти что-то страшное.
Нелюбовь к себе
Постоянное чувство, что с собой что-то не так: «я недостаточно хорош(а)», «я ненормальный(ая)». Стыд за себя настоящего, который заставляет прятаться.
Сложный выбор
Когда кажется, что жизнь идёт не туда, но непонятно, куда идти и где искать свои настоящие желания.
Утрата
Было и не стало... Смерть близкого, расставание, потеря мечты, доверия, и всего, что важно.
Наши первые шаги
1
Обращение
Вы оставляете сообщение.
Мы договариваемся о первой встрече.
Мы договариваемся о первой встрече.
→
2
Встреча, знакомство
Мы знакомимся. Я узнаю о том, что Вас беспокоит.
Внимательно слушаю, задаю вопросы,
чтобы понять, что для Вас важно.
Внимательно слушаю, задаю вопросы,
чтобы понять, что для Вас важно.
→
3
Безопасность
Всё, о чём мы говорим,
остаётся между нами.
остаётся между нами.
→
4
Договорённость
Если мы подходим друг другу,
договариваемся о следующей встрече.
договариваемся о следующей встрече.
Обычно сессия длится 60 минут, её стоимость 4 000 ₽. Если в процессе работы мы почувствуем, что нужно больше времени для особо важной темы, возможна встреча продолжительностью 90 минут стоимостью 6 000 ₽.
Терапия — это исследовательская работа вдвоём.
Мы находим убеждения, которые окрашивают вашу реальность. Иногда оказывается, что они давно устарели, как карта прошлого века, и только создают лишние трудности.
Пробуем различать голоса внутри: где говорят ваши собственные ценности и потребности, а где — эхо чужих ожиданий и правил. Это помогает вернуть себе авторство своей жизни.
А ещё у нас есть точные инструменты для особых задач. Если нужно бережно разобраться с последствиями тяжёлых событий, мы можем использовать специальные методы (к примеру, ДПДГ, мнемореабилитацию или ImTT). Если замечаем, что одни и те же болезненные сценарии повторяются в отношениях, на помощь приходит работа с глубинными схемами. Эти подходы — не главное, они нужны для того, чтобы ваша внутренняя реальность (мысли, чувства) и, как следствие, внешняя жизнь стали больше соответствовать тому, чего Вы на самом деле хотите.
Всё это становится возможным, потому что у нашей работы есть надёжная основа — моё профессиональное образование, а также постоянная работа над качеством моей помощи — через совместное с коллегами размышление над нюансами терапевтического процесса (супервизия) и через мою собственную терапию, которая помогает мне лучше отделять свои переживания от ваших.
Имея опыт работы в том числе с людьми, имеющими психиатрические диагнозы, я глубоко уважаю границы психологической и медицинской помощи. Я — психолог, моя работа не заменяет лечение психиатра, но может идти с ним параллельно. Если я замечу признаки, указывающие на необходимость врачебной консультации, я обязательно бережно сообщу об этом.
Важнее любого метода — терапевтические отношения, в которых можно быть разным, чувствовать по-разному, и где не будут за это осуждать или исправлять. Именно в этой живой, принимающей связи и рождаются настоящие изменения.
Мы находим убеждения, которые окрашивают вашу реальность. Иногда оказывается, что они давно устарели, как карта прошлого века, и только создают лишние трудности.
Пробуем различать голоса внутри: где говорят ваши собственные ценности и потребности, а где — эхо чужих ожиданий и правил. Это помогает вернуть себе авторство своей жизни.
А ещё у нас есть точные инструменты для особых задач. Если нужно бережно разобраться с последствиями тяжёлых событий, мы можем использовать специальные методы (к примеру, ДПДГ, мнемореабилитацию или ImTT). Если замечаем, что одни и те же болезненные сценарии повторяются в отношениях, на помощь приходит работа с глубинными схемами. Эти подходы — не главное, они нужны для того, чтобы ваша внутренняя реальность (мысли, чувства) и, как следствие, внешняя жизнь стали больше соответствовать тому, чего Вы на самом деле хотите.
Всё это становится возможным, потому что у нашей работы есть надёжная основа — моё профессиональное образование, а также постоянная работа над качеством моей помощи — через совместное с коллегами размышление над нюансами терапевтического процесса (супервизия) и через мою собственную терапию, которая помогает мне лучше отделять свои переживания от ваших.
Имея опыт работы в том числе с людьми, имеющими психиатрические диагнозы, я глубоко уважаю границы психологической и медицинской помощи. Я — психолог, моя работа не заменяет лечение психиатра, но может идти с ним параллельно. Если я замечу признаки, указывающие на необходимость врачебной консультации, я обязательно бережно сообщу об этом.
Важнее любого метода — терапевтические отношения, в которых можно быть разным, чувствовать по-разному, и где не будут за это осуждать или исправлять. Именно в этой живой, принимающей связи и рождаются настоящие изменения.
Что происходит на встречах
ЗАДАТЬ ВОПРОС ИЛИ ДОГОВОРИТЬСЯ О ВСТРЕЧЕ
